Истории одного хирурга: Снова об аппендиците

13 Фев 2019
2411
1

К сожалению, врачебные ошибки есть – с этим сложно спорить. Думаю, они были во все времена, когда люди хоть как-то пытались лечить людей. Внедрение новейших способов исследования человеческого организма, будь то позитронно-эмиссионная томография или робото-ассистированная хирургия, конечно, уменьшают частоту появления врачебных ошибок, но пока не могут свести совсем к нулю. И пока ставят диагнозы, и прописывают лечение люди – а от этого думаю никуда не деться в ближайшие несколько сотен лет – эти ошибки будут встречаться.

Моя сегодняшняя история снова о диагностике аппендицита.
Истории одного хирурга: Снова об аппендиците
Как правило, в ургентные больницы обращается большое количество людей с различными жалобами, в том числе и на боли в животе. И всех не госпитализируешь. Например, из пятидесяти обратившихся за сутки госпитализируют человек двадцать, из которых около десяти двенадцати оперируется  аппендициты, прободные язвы, холециститы, кишечные непроходимости. Непрооперировавшиеся сразу получают консервативное лечение, либо оперируются позже – зависит от состояния и болезни. Остальных после осмотра и сдачи анализов отпускают домой. Не важно, самообращение это или человека привезли на скорой помощи. Ведь коечный фонд в больнице ограничен, да и силы у персонала конечны - вроде бы всё правильно.

При этом крайне сложно бывает определить, класть пациента в стационар или можно отпустить домой. Таких спорных случаев десятки за одно только дежурство. К сожалению, иногда случается так, что доктор не полностью разобрался в проблеме, либо пациент приехал в самом начале болезни, когда не реагирует ни брюшина, ни анализы крови.

Подобный случай произошел с одним моим старшим товарищем в самом начале его работы, на первом или втором курсе ординатуры. Я в то время как раз проходил практику и потому мне эта история запомнилась – сделал определенные выводы и очень осторожно подходил к отпусканию человека домой с болями в животе, стараясь не делать этого совсем, только через собственноручно написанный отказ.

Дежурство было не ургентное, но обращений и работы хватало – не было времени толком перекусить. Тогда дежурили они в бригадах по двое и молодых ординаторов ставили вторым дежурантом вместе с опытным хирургом. Отдавали им на  «хозяйствование» два отделения попроще (как правило, плановое и гнойное), где можно меньше набедокурить. Ну, и плюс: по любому вопросу можно было посоветоваться конечно же – отвечает то за все ответственный. Но учитывая то, что все люди разные, и ведут они себя по-разному, кого-то любят больше, а кого-то меньше. 

Есть у нас один опытный хирург, которого в силу его характера, ну совсем не любят. Наверно, во многих коллективах есть такие люди. Доктор то уже почти на пенсии, но, говорят, с годами стал еще невыносимее, чем был в молодости.

И вот, как раз с таким доктором «выпала честь» дежурить этому ординатору. Он был лет на пять меня старше, успел отучиться в медицинском училище и даже на первых курсах учебы работал в больнице медбратом. Одним словом состоявшийся врач, много всего повидавший. Правда, опыта в экстренной хирургии у него почти не было.

Было лето, будний день. В дежурной бригаде два хирурга, два терапевта, анестезиолог, по две сестры в каждом отделении и фельдшер приемного покоя. У фельдшера была сестра, у которой заболел живот и когда она приехала показаться, та конечно же позвала молодого доктора, потому как ответственный был очень уж сложный и связываться с ним никому лишний раз не хотелось. Никита, ординатор, сразу же откликнулся на просьбу фельдшера и спустился на первый этаж.

Пообщался с женщиной, посмотрел живот, померил температуру, взял общий анализ крови. Заболел живот около 3 часов назад, но немного побаливал весь последний месяц. Пыталась соблюдать диету – без особого эффекта. Никаких лекарств не принимала. А сегодня стало хуже. В ходе общения ничего особо не напрягало: незначительно болезненный живот в эпигастрии (верх живота под ложечкой), напряжения мышц и симптомов раздражения брюшины нет. Нормальная температура. О том же сказал анализ крови: маркёр воспаления  количество лейкоцитов, было в норме - 5,2 (норма 4-9).

Поставив диагноз гастрит, доктор расписал лечение и отпустил её домой. Добавив, что если вдруг станет хуже (всякое в жизни бывает) – приезжайте снова. И благополучно позабыл о ней обращений много, всех в голове не удержишь. А на следующий день она приехала на скорой с высокой температурой в тяжелом состоянии. Оказалось, что ночью ей стало хуже, но никуда больше она не обращалась доктор же посмотрел сегодня, «ничего страшного нет, скоро пройдет». Пока утром не стало совсем худо и муж не вызвал скорую. 

Тут есть один занимательный, но часто сбивающий с толку момент. Бывает, что при аппендиците (да и при некоторых других острых «хирургических» заболеваниях брюшной полости) со временем болевой синдром постепенно снижается или вовсе купируется. Не всегда это вызвано приемом анальгетиков. А тем, что со временем рецепторы в брюшной полости начинают страдать, уже не реагируя на раздражитель. Поэтому не всегда утихание болей в животе говорит об улучшении состояния. Здесь уже нужно обращать внимание на другие вещи – общее состояние, активность, тургор кожи, сухость языка, пульс, давление. Ну и конечно же на живот – участие в акте дыхания, болезненность, симптомы раздражения брюшины и напряжения мышц.

Пациентку «вовремя» прооперировали в стадии гангренозного аппендицита. Еще бы немного – и он лопнул с развитием разлитого калового перитонита. А это уже другой объём операции (разрезом, а не проколами), куча дренажей из живота и более тяжелый восстановительный период. Но всё закончилось хорошо и она поправилась. Молодому доктору прилично досталось и приказом главного врача после этого случая всем вторым дежурантам запрещено было отпускать домой пациентов без осмотра ответственного. 

Занимательный момент номер два: в классическом случае боли при аппендиците начинаются не сразу в правой подвздошной области (внизу живота справа), а в эпигастрии – области желудка. И только через несколько часов они начинают смещаться в свое окончательное местоположение. Этот симптом даже имеет авторское название (симптом Кохера-Волковича) и является одним из самых простых. Но тем не менее его может запомнить даже далекий от медицины человек.

И последнее. Что же делать человеку, который заподозрил у себя или у близких аппендицит? Прежде всего, назову его основные признаки: 
  • боли в животе;
  • тошнота;
  • возможна одно-двукратная рвота. 
Температура тела может быть нормальной или незначительно повышенной (позже повышается сильнее). Из атипичных симптомов – в зависимости от длины и расположения червеобразного отростка – позывы помочиться или жидкий стул. Аппетит отсутствует или снижен.

Что же делать? Самое главное – не пить обезболивающие таблетки. Они могут смазать клиническую картину и только запутать вас и доктора. Допустимо принять одну таблетку но-шпы, запив её маленьким глотком воды. Можно положить холод на живот и лечь в постель. Больше ничего есть и пить нельзя, если дело дойдет до операции, желудок должен быть пустым. Никаких резких движений.

Если после но-шпы боли не проходят, а тем более усилились – вызывать скорую помощь и ехать в больницу.

Пишите в комментарии свои мысли на этот счет – мне очень интересна обратная связь. А также подписывайтесь на мой канал в Telegram.

Оцените статью

Комментарии
0
Иван
Иван
23:13, 13 Фев 2019

и как же у вас получалось госпитализировать всех в хирургический стационар с болями в животе? например отделение 50 коек ( из них к дежурству свободные 20-30 к примеру), а обращений к хирург около 60?